Rezension zu: N.S. Cvetova. Zur Eschatologie in der russischen Literatur. 2012 (Ute Marggraff).

Н.С. Цветова «Русская литературная эсхатология. Век ХХ. Эсхатологические идеи прозаиков традиционалистов». LAP LAMBERT Academic Publishing. Saarbrücken 2012. ISBN: 978-3-659-20336-7.

Н.С. Цветова обращается в своей, опубликованной в 2012 году в издательстве Lambert Academic Publishing in Saarbrücken монографии «Русская литературная эсхатология. Век ХХ» мало исследованному функционированию эсхатологической топики в литературе морального ригоризма.

В поле зрения литературоведа из Ст. Петербурга находятся произведения представителей так названной в свое время деревенской, военной (лейтнантской)  и городской прозы, создававшихся в разрез с литературой бесконфликтности. Вместо известного термина литература морального ригоризма Цветова использует название традиционная проза. Это с одной стороны оправдано, так как этот термин появился в современной критике именно и для того, чтобы произведения этого направления отграничить от таких последующих направлений в литературе, как новая проза, авангард 1960-х и 1970-х гг. или произведений постмодернизма. С другой стороны нельзя не заметить, что термин с подтекстно оценочным характером требует уточнения о каких традициях идет речь. Если из разнообразного потока русской литературы определенные тенденции выделяются как традиционные, а другие считаются нетрадиционными, существует, хотя бы потенциально опасность маргинализаций исследуемых явлений.

Н.С. Цветова толкует традиционную литературу как историко-литературную парадигму, объединяющую произведения, «в которых содержательно воплощается основа, исторический опыт родной культуры, с достаточной очевидностью проявляется сбалансированность идеи, психологии персонажей, сюжета с топикой, поэтикой, стилистикой, как это было в прозе Пушкина, Лермонтова и Толстого». При этом она  опирается на самих писателей деревенской прозой, которых в многих случаях знала лично и с товрчеством которых она хорошо знакома. С одной стороны это безсомненный плюс работы, с другой стороны, под глубоким впечатлением самих писателей не всегда удается избежать опасности податься их полемическим высказываниям, которые следует отличать от самих текстов. См. напр.: «Все они в самом полном и абсолютном соответствии с классической традицией писали для своего народа, чтобы помочь ему «понять свои силы и слабости» (С. 69).

Признаками традиционной прозы «с точки зрения содержания» Н.С. Цветова считает соборность, национальную терпимость как «универсализм и прямая тяга к другим национальным культурам», стремление народа к свободе, человека – к воле, исторически выражающееся  по Дм. Лихачеву («Три основы европейской культуры и русский исторический опыт», 1991) […] „в уходах крестьян от власти в казачество, за Урал, в дремучие леса севера.“

Заслуга работы в скурпулезном иссдедовании эсхатологического «мышления» в произведениях Астафьева, Распутина и Носова, Трифонова и Солженицына.

Хорошо знакомый с народной мифологией смерти литературовед находит следы этой традиции в выбранных ею для анализа произведениях. Так она обращается к хорошо исследованной в России и за рубежом повести Солженицына «Матренин двор» и исседует функционирование эсхатологической топики в структуре текста.

Особое значение приобретают праведность характера Матрены, «на которой» по мнению повествователя «весь мир держится», «Истинная» толерантность, которая не в последнюю очередь ведед к трагическому финалу, а также иконографический характер портрета фигуры. Обращая внимание на переплетение народной и библейской мифологии, автор монографии раскрывает кокретную символику ивы, а также Дома и показывает их функцию в изображении смерти и утраты (с. 93). Глубокие знания фольклорного материала позволяют обнаружить в описании последнего вечера в жизни «героини» сходство с древними похоронными причитаниями, в которых говорилось «об уходе покойника туда, где померкло солнце, царствует черная зима».

Древние представления славян о смерти скорее всего интуитивно использовались Солженицыным в разных целях. В монографии это доказывается с помощью разных плоскостей смерти, выделенных в лесиконе В.И. Даля. В некоторых случаях исторические и эстетические размышления, состоявшиеся подтекстно, раскрываются с помощью архивных материалов. Это касается не только Солженицына, но и Астафьева. Оприаясь на архив Пушкинского дома, Н.С. Цветова предлагает читательскому вниманию первый вариант знаменитой астафьевской «попытки исповеди» «Из тихого света».

Раскрытию специфики проанализированных текстов служит и сравнение с тестами других авторов. Так, «Матренин двор» является эсхатологическим предтекстом для «Поморка» Ю. Казакова, «Привычное дело» В. Белова, «Живой» Б. Можаева.

Монография позволяет размышлять о временном характере специфике анализируемых явлении в отличие от литературы предшествующего и последующих эпох литературы. В этом отношении заслуживает внимание особенно третья глава «онтологическая проблематика в трактовке постомодернизма» и «Смерть в современных ‚массовых‘ текстах».  Так сопоставление героя «Видения» Распутина и девушки-самоубицы из произведения Л. Петрушевской «Черное пальто», мелком прозвучавшее на стр. 185 продолжается на стр. 198 и истолкуется как «постмодернисткая метафорическая вариация на тему «Смерти Ивана Ильича» Л. Толстого. При этом рефлексируются эстетические причины нового воспориятия смерти в постомодернисткой прозе. Тем самым встречающиеся ранее в тексте тезисы выражения типа «Но им так и не удалось глубже разработать затронутые Трифоновым проблемы, создать более убедительную художественную модель сознания советского человека второй половины завершившегося тысячелетия…» (С. 196) ставятся под сомнение конкретным сравнительным анализом текстов разных эпох.

Монография предлагает свой интересный материал не только литературоведам, но и историкам и социологам, а также всем, кто интересуется связью мифологии и литературы.

Advertisements
Dieser Beitrag wurde unter Rezensionen veröffentlicht. Setze ein Lesezeichen auf den Permalink.

Kommentar verfassen

Trage deine Daten unten ein oder klicke ein Icon um dich einzuloggen:

WordPress.com-Logo

Du kommentierst mit Deinem WordPress.com-Konto. Abmelden /  Ändern )

Google+ Foto

Du kommentierst mit Deinem Google+-Konto. Abmelden /  Ändern )

Twitter-Bild

Du kommentierst mit Deinem Twitter-Konto. Abmelden /  Ändern )

Facebook-Foto

Du kommentierst mit Deinem Facebook-Konto. Abmelden /  Ändern )

Verbinde mit %s